Непростые истины отца Сильвестра

Наша жизнь, путь от рождения до смерти — как короткая дорога. Успеваем ли мы в погоне за прозаическим заметить, как быстро повзрослели наши дети и постарели родители? Да и мы сами незаметно из наивных мальчиков и девочек превращаемся в дедушек и бабушек, попутно начиная радоваться простым вещам, замечая, что в нас, помимо физиологии, кем-то заложено что-то, не поддающееся анализу и предсказаниям.

Есть люди, смысл жизни которых — остановить нас в подчас бессмысленной погоне за призрачным богатством материального и наполнить наше бытие Истиной. Мой рассказ о том, кто ходит одними с нами пражскими улицами, так же как и мы мерзнет от холодного ветра с Влтавы. Он так похож и не похож на нас. Он — православный христианский монах, проповедник, настоятель в храме, отец Сильвестр.
Он найдет проникновенные слова на русском, украинском, чешском, словацком, польском, сербском — сделает все, чтобы понять и разделить нашу боль, вселить надежду. Избегает разговоров о себе, называет грехом — гордыней. Журналистов упрекает в желании прославиться «горяченьким», порой умышленном «вырывании» слов из контекста, переворачивании смысла сказанного, часто — во вред героям репортажей, по причине чего отказывается от интервью о себе.
Считает, что есть Бог и Человек, есть Храм — где мы можем искать поддержку, где помогут разобраться в правильности и заблуждениях, и молитвы обретут большую силу. В храмах служат священники, они — люди, и, как все люди, грешны. Священники не всегда монахи, следовательно, мирские проблемы в их жизни тоже существуют. Но для верующих есть Церковь как общее понятие Храма и священнослужителей, которая должна начинаться с перешагивания порога храма при входе и заканчиваться тем же порогом — при выходе. Все организационные вопросы, оценки поведения священников — предмет их внутренних разбирательств, не имеющих ничего общего с категориями Бога и Веры.
Его Высокопреподобие Архимандрит Сильвестр, настоятель церкви преподобного Прокопия Сазавского в городе Пршибрам в юрисдикции Православной Церкви Чешских земель и Словакии, в миру — Вайло Сергей Васильевич, родился 23 февраля 1964 года в Казахстане, в украинской семье, приехавшей покорять Целину. Когда был маленьким, родители вернулись на родину в украинское село. Люди честные и трудолюбивые, они воспитали его скромным и работящим.
Бабушка, человек глубоко верующий, категорически отвергавший все правила атеистического советского времени, читала внуку Библию, рассказывала о Боге, научила молиться. Она открыла ему ужасы коммунистических гонений, выпавших на долю христианским священникам: их унижали, жестоко убивали не где-то в далеких странах, населенных чудовищами, а здесь, в их селе. Рассказала, как икона Девы Марии, орошенная слезами вдов и матерей, утешительница и защитница, в войну была помещена председателем колхоза в коровник, вместо доски в стойле.

Впоследствии, в восьмидесятых, после поступления Сергея Вайло в духовную семинарию, на долю его родителей выпало трудное испытание — соседи и близкие люди отвернулись от них, приравняв поступок сына к чему-то постыдному. Только через много лет ситуация изменилась — односельчане испытывают гордость за «своего» батюшку.
После окончания средней школы Сергей решил выбрать путь помощи людям — стать врачом, и поступил в медицинское училище в городе Изюм Харьковской области. Оттуда был призван в армию, где служил в воздушно-десантных войсках в Забайкалье. Но крепло с годами стремление служить Богу, а не советскому государству.
В 1985 году, в возрасте 21 года, поступил в число монахов братии Свято-Успенской обители в городе Одессе. Строгая монастырская жизнь: молитва и труд — позволили многое обдумать, переосмыслить и понять. Одесская духовная семинария и Московская духовная академия дали знания, с помощью которых он нашел ответы на многие терзавшие его вопросы. Именно там возникло желание полностью посвятить себя Богу, убрать из своей жизни второстепенное, мирское. Поэтому в 1989 году Сергей Вайло принял монашеский постриг: оставил в прошлой жизни все светские привычки и имя. Отныне его истинное имя — Сильвестр, данное при вступлении в монашество. В определенной степени, принятое имя святого Сильвестра, бывшего папой Римским в 300-е годы после Рождества Христова, предопределило дальнейшую жизнь. Святой Сильвестр Римский прославился заботой о странниках, даром обращать в христианство неверующих.

После послушания в Мукачевском Свято-Николаевском монастыре в 1998 году отец Сильвестр приехал в Чехию, где с 1999 по 2007 годы был настоятелем храма Успения Пресвятой Богородицы на Ольшанах в Праге.
Отец Сильвестр был хорошо принят прихожанами и нашел поддержку у бывшей старосты церкви Анны Цаповой, а главное — у Митрополита Дорофея, главы Чешской и Словацкой Православной церкви, желавшего иметь настоятелем постоянного священника, близкого русским и украинским прихожанам. Десять лет, как умер Владыка Дорофей, десять лет болью в сердце отзывается его имя у отца Сильвестра. Могилу на Ольшанах приготовил себе отец Сильвестр неподалеку от могилы Митрополита, чтобы быть упокоенным рядом с таким великим человеком. Теплыми словами отзывается батюшка о нынешнем Митрополите Чешских земель и Словакии Владыке Христофоре. Монашеское смирение Владыки, терпение, помощь нуждающимся во многом служит примером. Именно он помог украинскому монаху, впервые вступившему на чешскую землю, стать здесь своим, обрести новую родину, поддерживал словом и делом. Сегодня его мудрые советы, наставления, придают силы и помогают отцу Сильвестру.

Первый приход отца Сильвестра — храм Успения Пресвятой Богородицы на Ольшанском кладбище — на восемь лет стал ему родным. Здесь под сенью берез обрели вечный покой рядом 495 советских воинов и 189 расстрелянных «предателей», солдат Русской освободительной армии. «Кто сейчас громче всех кричит, что власовцы были предателями, тем самым лишь выражает свое отношение к Святой Руси. Неужели Власов больше предатель, чем те, кто разрушал наши храмы, кто топтал иконы, расстреливал священников? А эти молодые парни… разве они со своим народом сражались? Они были против того режима, который захватил нашу страну. Воины-власовцы не предали своего Царя, не изменили присяге. Они не рушили храмы, наоборот, увозили с собой святыни, спасая их от поругания. А Злату Прагу они спасли от разгрома — они ведь сюда пришли за три дня до советских войск. Я не молюсь только за самоубийц и за вероотступников», — отец Сильвестр. Он служил панихиды за них всех, не деля на правых и виноватых. На пожертвования приходу отец Сильвестр обновлял могилы русских эмигрантов и сам храм.

Нынешний приход — храм святого Прокопия Сазавского в городе Пршибрам, в 60 километрах от Праги, в дни службы заполнен людьми, и их количество продолжает расти. Разные по национальности, молодые и старые, богатые и бедные, рабочие и интеллигенты. Многих из них крестил отец Сильвестр.
Во время моего разговора с батюшкой ему позвонил его прихожанин, украинский строитель Вася: попросил уточнить правильное прочтение слова из старославянской молитвы — чтобы исполнить на службе. Трудно остаться равнодушным при виде «хора певчих» в храме. Сильные, с большими натруженными руками, мужчины старательно выводят не всегда стройными, но всегда искренними голосами слова православных молитв. Проповеди после службы о простых и близких каждому вещах заставляют задуматься о совершенных поступках. Ради этих проповедей ездят в Пршибрам и старые пражские прихожане отца Сильвестра. После проповеди батюшка, окруженный прихожанами, подолгу беседует с каждым: всех помнит, обо всех переживает.
Я прошу отца Сильвестра ответить на вопросы, часто возникающие перед православными христианами.

— Отчего в романских языках православная церковь обозначается как «ортодоксальная» и наделяется характеристиками, равными по строгости шиизму в мусульманстве?
— В современных европейских языках часто происходит подмена понятий. Изначально греческое значение orthodoksos («правоверный») характеризовало правильность, истинность нашего христианского учения. Что касается распространяемых СМИ фактов жестокости, прикрываемых религиозными нормами христианства или мусульманства — считаю такой подход демонстрацией неграмотности или целенаправленной ложью. В рамках религиозных первоисточников ни в мусульманстве, ни в христианстве не содержатся прямых призывов к насилию, ибо Бог есть любовь.

— Чехия характеризуется большим числом атеистов, что дает простор для представителей многих конфессий проводить миссионерскую деятельность. Каково Ваше к этому отношение?
— Созидательные религии — христианство, ислам, протестантизм — несут истину: о едином Боге, о торжестве добра над злом. В этом смысле любая деятельность по приобщению людей к истинным ценностям положительна. Нет греха, если вы нуждаетесь в покое, хотите побыть в доме Бога и заходите, например, в гуситский храм. Среди моих знакомых, людей, которых я уважаю, много священнослужителей разных конфессий. Единственное — принадлежность человека, например, к православию определяет правила церковных обрядов, которых следует придерживаться истинно верующему человеку.

— Современное чешское общество несколько легкомысленно относится к институту брака, что приводит к появлению большого числа внебрачных детей, абортам. Что Вы можете сказать по этому поводу?
— Христианские догмы однозначно отрицательно относятся к подобным вещам, приравнивая прелюбодеяние и детоубийство к тяжелейшим грехам. Но как можно судить о Чехии, небольшой мирной стране, чья история прошлого — череда завоеваний со стороны воинственных соседей, насаждавших свои идеологические устои, когда в России и Украине — исконно православных территориях, творятся такие грехи миллионами? Упадок нравственности неминуемо ведет к общественному упадку. В начале ХХ века русские ассоциировались в Чехии с культурными и образованными людьми, но последующая политика советской власти, искоренявшей православие, породила поколение, за которое мне иногда бывает невыносимо стыдно.

— Люди каких национальностей входят в число Ваших прихожан?
— Я не делю прихожан по национальностям. Чехия давно стала мне домом. У меня очень теплое отношение к чешскому народу. В большинстве своем это трудолюбивые, скромные, порядочные, добрые люди. Их мудрость — в терпеливости и уважении друг к другу. Нам многому стоит учиться у них. Я перестал отделять себя от чехов и могу сказать, что, приезжая в Украину, испытываю ностальгию, радуюсь встречам с родителями и близкими, но, возвращаясь в Чехию, чувствую себя дома, радуюсь первым чешским приветствиям. Хотя не без чувства внутреннего удовлетворения хочу заметить, что в последние годы среди крещенных в православие много молодых чехов, так что, думаю, ситуация меняется в лучшую сторону.

— Не могу не спросить: есть ли ностальгия по Ольшанам?
— Годы, проведенные на службе в храме на Ольшанах, были лучшими в моей жизни. И сегодня чувствую себя дома, приходя на кладбище. Многих похороненных там людей знал лично, отпевал их. Разве такое можно забыть? Но перемена прихода дала новые возможности. Я благодарен Владыке Христофору за то, что теперь я больше времени могу проводить в уединении, в молитвах, ради чего я и принял постриг в монашество. К тому же, в свое время я имел возможность придать необходимое величие храму на Ольшанах, и опыт мне помогает восстановить моей нынешний приход в Пршибраме. Я рад тому, что могу быть причастным к созданию еще одного православного храма в Чехии.

— Батюшка, что Вы можете пожелать в качестве напутствия нашим читателям?
— Почаще бывать в храме, соблюдать заповеди Господа, не грешить. Не искать «соломинку в чужом глазу». Быть добрее и терпимее.

Ольга Довгань