Колонка редактора

В начале августа мне довелось провести неделю в Москве. По обе стороны границы собеседники требовали делиться впечатлениями, так что не могу обойти эту тему и в журнале. Углубляться в быт не хочется, хотя московские друзья шутили, мол, вернешься, напиши, что в Москве экология ни к черту, а с личной жизнью — совсем беда. Но это проблемы сугубо частного характера, я же хочу подытожить глобальные впечатления.
Невольно сравнивая похожие ситуации в Чехии и России, я заметила, что во втором случае суть у большинства проблем одна и та же — отсутствие уважения к себе и окружающим. Трудно сказать, является ли это приметой времени, новой национальной особенностью или же иммунитетом на социальную ситуацию. Но уж государство и его официальных представителей тут винить точно не в чем: «страшно далеки они от народа», а все рамки, в которые народ себя загоняет, включая необыкновенно жесткую самоцензуру, похоже, возникли «в низах».
Банальная ситуация на границе. Чешский полицейский, проверяя мои документы, старательно пытался говорить со мной по-русски, а, возвращая паспорт, спросил, как правильно переводятся с чешского такие-то фразы, которые потенциально могут ему понадобиться в работе. И все услышанное прилежно записал. Нужно ли говорить, что в Шереметьеве пограничники обращаются ко всем приезжим без разбора исключительно на русском? А кто не понял — сам виноват, надо было в школе лучше учиться. Я не верю в то, что разговаривать с туристами, например, на английском языке тетеньке на паспортном контроле запрещает распоряжение начальства.
Этим же взаимным неуважением объясняется весь остальной беспорядок, легендарное хамство, мусор и грязь под ногами. «Разруха, Филипп Филиппович!» — и далее по тексту.

Анна Хлебина